Синие зоны: миф или реальность? Ученые сомневаются в их существовании

В 2022 году французский генетик Жан-Франсуа Делёз инициировал масштабное исследование AGENOMICS, целью которого было выявить генетические особенности у 1 200 французов, проживших более 100 лет. Ученый планировал сравнить их с данными о долгожителях из так называемых «синих зон» — регионов, где, по утверждениям, концентрация столетних жителей необычайно высока.

Однако по мере сбора данных у Делёза появились серьезные сомнения. Могут ли «синие зоны» быть мифом? Ответ на этот вопрос оказался куда сложнее, чем предполагалось изначально.

Что такое «синие зоны» и почему они вызывают споры?

Термин «синие зоны» впервые ввел в 2005 году демограф Дэн Бюттнер, изучавший регионы с самой высокой концентрацией долгожителей. К ним были отнесены:

• Окинава (Япония) — известна своей культурой питания и социальными традициями;
• Сардиния (Италия) — здесь традиционно высокий уровень физической активности;
• Никодрия (Коста-Рика) — жители славятся растительной диетой и крепкими семейными узами;
• Икария (Греция) — средиземноморский образ жизни и низкий уровень стресса;
• Лома-Линда (Калифорния, США) — сообщество адвентистов седьмого дня, ведущих здоровый образ жизни.

По мнению Бюттнера, именно образ жизни, а не генетика, определяет долголетие в этих регионах. Однако критики указывают на то, что данные о продолжительности жизни в «синих зонах» могут быть искажены из-за неточной статистики или селективного подхода.

Почему исследование Делёза ставит под вопрос существование «синих зон»?

В ходе AGENOMICS ученые проанализировали генетические профили 1 200 французов, проживших более 100 лет, и сравнили их с данными о долгожителях из «синих зон». Результаты оказались неожиданными:

• Генетическое сходство отсутствовало. У французов не было выявлено уникальных генов, которые могли бы объяснить их долголетие.
• Образ жизни играет ключевую роль. Французские долгожители, как правило, вели активный образ жизни, придерживались средиземноморской диеты и имели сильные социальные связи — факторы, которые также упоминаются в «синих зонах».
• Статистические искажения возможны. Некоторые эксперты предполагают, что данные о «синих зонах» могут быть завышены из-за неполной или неточной информации о возрасте жителей.

«Мы не нашли подтверждений тому, что «синие зоны» обладают уникальными генетическими особенностями», — заявил Делёз в интервью Le Monde.

Что говорят другие ученые?

Не все исследователи разделяют скептицизм Делёза. Эпидемиолог Кэтрин Кент из Оксфордского университета отмечает, что «синие зоны» действительно демонстрируют более низкие показатели сердечно-сосудистых заболеваний и онкологии. Однако она согласна с тем, что культурные и социальные факторы играют здесь куда большую роль, чем генетика.

«Долголетие — это не только вопрос генов. Оно зависит от образа жизни, доступа к качественной медицине и социальной поддержке. „Синие зоны“ — это скорее пример того, как общество может способствовать здоровью своих граждан, а не доказательство существования неких „волшебных“ регионов».

Другие специалисты, например, демограф Мишель Пулен, указывают на то, что «синие зоны» могут быть результатом демографического отбора — когда в определенных регионах живут люди, которые по каким-то причинам доживают до преклонного возраста, а не наоборот.

Вывод: «Синие зоны» — миф или реальность?

Скорее всего, «синие зоны» — это не миф, но и не панацея. Они демонстрируют, что здоровый образ жизни, социальная поддержка и доступ к медицине могут значительно продлить жизнь. Однако их уникальность не в генетике, а в культуре и традициях.

Как отметил Делёз: «Нет никаких волшебных генов или регионов. Долголетие — это результат комплексного подхода к здоровью».