«Падшие ангелы» на Бродвее: Роуз Байрн и Келли О’Хара оживили классическую комедию Ноэла Кowарда

В наследии Ноэла Кowарда пьеса «Падшие ангелы» (1925) уступает его же «Вихрю» (1924) — первому крупному успеху драматурга. Последний затрагивал такие скандальные для того времени темы, как наркотическая зависимость, женская распущенность и инцест. В «Падших ангелах» Кowард сохранил тему запретных отношений, но подошёл к ней с юмором и лёгкостью, что не принесло пьесе такой же славы.

Героини Джулия и Джейн, в отличие от развратной Флоренс из «Вихря», не являются закоренелыми соблазнительницами. У каждой из них был всего один добрачный роман, но именно откровенные разговоры на эту тему (втайне от мужей) и одновременная связь с одним французским любовником в Италии вызвали скандал у британской цензуры. Теперь, замужние женщины, они размышляют о том, чтобы возобновить эти отношения, несмотря на то, что их мужья — скучные англичане, которых они уважают, но не любят.

Премьера «Падших ангелов» состоялась в театре Тодда Хеймса в рамках постановки театра Roundabout. Новая версия пьесы, как и бродвейская премьера «Ожидая в крыльях» (1999), прошла редактуру. Автор адаптации Клаудия Шиар сократила трёхактную комедию до полутора часов без антракта. Но возникает вопрос: стоило ли переписывать такие шедевры Кowарда, как «Частная жизнь» или «Смех сквозь слёзы»?

Постановка под руководством Скотта Эллиса разгорается не сразу. Первые полчаса спектакля проходят вяло, и только затем комедия набирает обороты. Роуз Байрн (Джейн) и Келли О’Хара (Джулия) не блистают остроумием, зато демонстрируют потрясающую физическую комедию. Они пьянеют до безобразия, падают со стульев, скользят по ковру и смеются над собственными промахами на сцене. Их игра заразительна, но не идеальна. В отличие от легендарного дуэта Люсиль Болл и Вивиан Вэнс, Байрн и О’Хара не определили, кто из них ведущая, а кто — вторая скрипка. Их высокие сопрано звучат слишком одинаково, и первые полчаса спектакля напоминают соревнование по визгу.

Основная часть второго акта построена на сцене пьянства, а в третьем акте героини трезвеют и становятся менее смешными. Неожиданный поворот — появление растрёпанного парика Байрн — вызывает улыбку, но не спасает положение.