Обзор спектакля «Регистраторша» на Офф-Бродвее: секретарша, кофе и власть

Спектакли короткой формы — от 60 до 90 минут — часто становятся проблемой для зрителей. Даже если они позволяют уйти домой пораньше, возникает вопрос: зачем вообще ходить в театр? Новая пьеса Адама Бока «Регистраторша» («The Receptionist») открылась в театре Pershing Square Signature Center в рамках фестиваля Second Stage. Её продолжительность — 80 минут, но основной интриги зрители дожидаются лишь к 40-й минуте.

Сценография Дотс создаёт стерильное офисное пространство, знакомое каждому, кто когда-либо работал в подобном месте. Для бывалых офисных сотрудников декорации вызовут тревожные воспоминания. В центре — стол регистраторши, за которым восседает героиня Кэти Финнерэн. Беверли отвечает на звонки, разливает кофе и убирает за начальником Эдвардом (Наэль Насер) и коллегой Лоррейн (Маллори Джонсон), чьи кабинеты всегда закрыты. Но именно то, как Беверли с заботой собирает крошки от булочек с помощью ручного пылесоса Bissell, выдаёт в ней мелкого тирана.

Ситуация меняется, когда в офис приезжает Мартин (Уилл Паллен) из Центрального офиса. Спор из-за коллекции ручек на столе Беверли сразу показывает, кто здесь настоящий начальник. Она утверждает, что ручки постоянно пропадают, но Мартин всё равно забирает одну. Когда он садится, его чёрные брюки задираются, открывая ярко-красные носки (костюмы разработал Энвер Шакарташ). Это знак: перед нами не Беверли, а подлинный авторитарный лидер.

С первых же секунд их взаимодействия Маллори Джонсон и Уилл Паллен дают понять, что Лоррейн и Мартин готовы нарушить правила, несмотря на явное недовольство Беверли. Режиссёр Сара Бенсон лучше всего справляется с этой любовной интригой. Однако в остальных сценах её работа оставляет желать лучшего — Финнерэн буквально выходит из-под контроля, и её манерничанье становится единственным, что удерживает внимание публики.

«Регистраторша» начинает вызывать интерес только тогда, когда Эдвард упоминает необходимость сломать клиенту мизинец. Реакция Беверли на это заявление показывает, что в её мире такие методы — не исключение, а норма. Однако что именно происходит в Центральном офисе, так и остаётся загадкой. Возможно, именно в этом и заключается замысел Бока: заставить зрителей самим додумать последствия. Но для многих из них второй акт пьесы так и остаётся недописанным.