Возрождение романтики коммунизма: почему идеи Ленина и Маркса снова популярны

Нечасто можно услышать, как стример на Twitch подробно цитирует работы Владимира Ленина — основателя русской революции. Однако именно это сделал стример Хасан Пикер пять месяцев назад. Он посвятил часть своего эфира памфлету Ленина 1920 года «Левый» коммунизм: детская болезнь «левизны», в котором критиковал европейских коммунистов за отказ участвовать в буржуазных парламентах и профсоюзах. По мнению Пикера, это пример успешного революционера, который призывал к «формирующей работе» внутри существующих структур.

Для скандального стримера это не новость. Он не скрывает восхищения Мао Цзэдуном, сожалеет о том, что в США не ценят коммунизм, и даже заявил (в духе Владимира Путина), что «распад СССР стал одной из величайших катастроф XX века».

Однако симпатии к коммунизму — или советскому социализму, который на практике мало чем отличается — сегодня не редкость даже в прогрессивных кругах. Эта тенденция набирает обороты с начала 2010-х годов, когда в левых изданиях, таких как Salon, стали появляться статьи с заголовками вроде «Почему вы ошибаетесь насчёт коммунизма: 7 больших заблуждений» (обычно использующие логические уловки для оправдания этой идеологии).

В 2016 году даже New Republic — издание, ранее известное своими антикоммунистическими взглядами, — опубликовало статью «Кого пугает коммунизм?». Автор Мэтью Харрис высмеивал Хиллари Клинтон за её «устаревшую» позицию против коммунизма, частично из-за её поддержки НАТО, при этом превознося роль СССР в победе над нацизмом, не упоминая при этом пакт Молотова-Риббентропа или совместное вторжение Германии и СССР в Польшу в сентябре 1939 года.

Ещё до появления Хасана Пикера левые подкасты вроде Chapo Trap House и Pod Damn America продвигали идеи радикального антикапитализма, оправдывая преступления коммунистических режимов, утверждая, что их «вынудили» к насилию капиталисты, развязав «священную войну» против революций.

К 2018 году даже Teen Vogue — журнал для подростков, который тогда сочетал советы по красоте с левой политической повесткой, — посвятил статью 200-летию Карла Маркса, восхваляя его наследие за то, что оно «вдохновило социальные движения в Советской России, Китае, на Кубе» и так далее. («Социальные движения» — милое эвфемизм для гулагов и полей смерти.)

В том же году опрос YouGov для Фонда жертв коммунизма показал, что только 15% американцев положительно относятся к коммунизму, но среди молодёжи (поколения миллениалов и Z) этот показатель превысил 25%.

Романтика коммунизма не нова для западных левых. В 1920-х и 1930-х годах множество американских и европейских интеллектуалов отправлялись в СССР как «политические паломники» (термин из книги Пола Холландера 1981 года «Боги, которые пали»). Однако в последующие десятилетия разочарование росло: книга «Бог, который не сработал» (1951), написанная шестью авторами, разоблачила мифы о советском эксперименте.

Сегодня, несмотря на исторические факты о миллионах жертв, коммунизм снова становится модным трендом. Его сторонники предпочитают вспоминать о «социальных достижениях» и «борьбе с капитализмом», игнорируя репрессии, экономические провалы и миллионы погибших.